Трамвай и газон — имидж современного города

Трамвай и газон - имидж современного города

В июне в Санкт-Петербурге состоялась интернациональная конференция по ландшафтной архитектуре – хороший предлог поболтать о комфортном жилье. Участник конференции, доктор наук СПбГАСУ, доктор архитектуры Валерий Нефедов объездил полмира, изучая среду обитания современного человека.

Что вкладывают западные эксперты в понятие муниципальный ландшафт?

Они не только рисуют газоны, деревья, парковку, велодорожку и т. д., они продумывают их долговечность и устойчивость на далекую возможность. Посредством ландшафтной дизайна и архитектуры решаются возвращения оздоровления и проблемы города его человеку, что был вытеснен автомобилем кроме того с территорий жилой застройки.

Какие конкретно компоненты ландшафта являются долговременными?

С ростом количества транспорта на городских улицах началось регулирование ближней к тротуару полосы, перевоплощённой в стихийную парковку. С определенным промежутком, метров в 15, показались деревья. Это хирургический способ, но тут не окажут помощь никакие вазоны с цветами, как пробуют делать у нас.

Автомобилям отведено определенное место, и еще осталась полоса для велосипедистов.

Речь заходит не только о теплых государствах – Италии, Испании, Португалии, Франции. Подобные сюжеты я замечал в Скандинавии. К примеру, в случае если создается подземная парковка, то крыша засыпается новым грунтом. В Хельсинки в историческом центре города насыпаны песчаные бугры с соснами и прямым поливом корневой совокупности.

Засыпка поверхности над гаражами формирует ландшафт в новостройках Берлина.

Возвратимся к теплым государствам.

Новая набережная в Генуе была создана к 500-летию путешествия Колумба в Америку. В том месте были причалы и склады, сейчас высажены пальмы. Набережная эффектно огибает лагуну, образуя респектабельный променад.

Хрестоматийный пример – Барселона. Раньше основная городская улица – Рамбла упиралась в хаотическую прибрежную застройку. К Олимпиаде 1992 го-да набережная всецело преобразилась.

Выход к воде есть серьёзным компонентом комфортной дружелюбной среды, не смотря на то, что жилье с видом на воду в полтора раза дороже для того чтобы же, но без вида.

Лет 20 назад в китайских городах не было аналогичного дружелюбия. Но открытость для мировых инноваций разрешила китайцам пригласить западных архитекторов. Сейчас в на данный момент в жилых кварталов над паркингами расположились цветущие благоухающие детские и сады игровые площадки.

Почва в собственности человеку, а не автомобилю, что не допускается во дворы.

Из Европы к нам пришло понятие деасфальтизация. Это что?

Собственное наблюдение в Анже. Во дворе Национальной школы садоводства Франции дорожники посредством техники проделали круглое отверстие в асфальтовом покрытии на пешеходном тротуаре, дабы студенты-ландшафтники имели возможность посадить дерево. Оно будет в том месте жить, а почва дышать, приобретать биомассу и дождевую воду.

В Европе перестают укладывать тротуарную плитку консолидированно. В новых районах Берлина, к примеру, в районе Шпандау, я видел, как строится новая улица. Размечена проезжая места и часть для парковки, рядом поребриком отбиты места для посадки деревьев. Машиноместа обозначаются цементными плитками со вставками в виде крестовины, рассекающими целое покрытие. В том направлении засыплют грунт и посадят траву.

Автомобилю без отличия, где находиться, для людей принципиально важно смягчение теплового удара, вызываемого глухим бетоном.

Что такое комфортное жилье в Европе?

На мой взор, это дом, сохраняющий чувство близости к природе. В то время, когда строение делается выше 6–7 этажей, то ни о какой близости речи нет. В этом случае, переуплотненность не разрешит спуститься вниз и выйти погулять с ребенком, нормально пообщаться с соседями, поиграть в большой теннисе.

Комфортное жилье – место для жизни, а не спальный район. Европейцы сильны тем, что предпочитают не достроить пара этажей и израсходовать деньги на благоустройство окружающей территории.

И тогда остальные метры возрастают в цене?

Вопрос в том, что берёт человек. В Париже за вокзалом Аустерлиц и новым строением Национальной библиотеки показался новый жилой район. Еще идет стройка, но на заборе рекламируются не преимущества будущих квартир, а среда. Приблизительно так: «На этом месте будет посажена тысяча деревьев, тут будет пешеходный променад».

Рекламируется часть нового образа судьбы.

Кто живет в зданиях от трех до семи этажей?

У кого нет комплекса по поводу судьбы среди вторых людей, опытных кто живет слева и справа. У нас нет аналогов аналогичного как следует жилья, которое проектируется и создается вместе с природным окружением. Проекты таких домов отбираются по конкурсу, а вдруг город громадной либо место важное – по интернациональному конкурсу. В Анже такое жилье проектировали итальянцы.

Хороший пример – пятиэтажная Арабианранта в Хельсинки. Под двором в обязательном порядке расположен подземный паркинг, что приподнимает уровень почвы. Она занята публичным пространством. Первые этажи для комфорта их обитателей отделены от двора зеленой оградой либо подпорной стенкой, в пределах которых обустраивается приватное пространство.

Дружно формирует микросреду отдельного дома.

А высокое строение не может быть комфортным жильем?

Может. Все дело в плотности застройки. Нет неприятности, в случае если застройка точечная. В парижском Дефансе существуют высокие жилые строения, но они окружены природой.

Кроме того в случае если из для того чтобы дома выйдет 400 человек, все они отыщут себе хорошее окружение.

В Европе, не считая 3–5-этажных кварталов появляются 20-этажные точки. Но тогда и расстояния между зданиями совсем другие. На мой взор, жить в небоскребе, что выше 50–70 метров, некомфортно.

Лишь экономика может продиктовать требование поселиться выше. Допустим, в даунтауне, ближе к работе либо рядом с метро.

Какие конкретно материалы для постройки употребляются в Европе?

Для жилья самая стандартная схема – монолитный бетон, каркасные конструкции, многослойное (в зависимости от климата) утепление, кирпичная облицовка, в особенности популярная в Финляндии. Южнее применяют облицовку из штукатурки с каменной крошкой местного происхождения, и дерево.

Как раз слово «дерево» я ожидал услышать.

Но это естественно технологически обработанное дерево. Вакуумная сушка вытягивает влагу из древесины, после этого – поверхностная обработка, которая закрывает поры. Тогда облицовка не гниет. Я видел такие новые дома в европейских столицах.

Природные материалы говорят об экологизации архитектуры, их применяют, даже в том случае, если строения получаются менее репрезентативными, чем с каменной облицовкой.

Стал ли личный дом культовым в западном менталитете?

Радикальной потребности в личном жилье я не увидел. Впечатляет разумность при выборе размера и этажности строения. Во Франкфурте, Берлине, Нанте, Анже не считается зазорным жить в так называемых блокированных зданиях либо таунхаусах. Не говорю уже про Англию, где все это придумали. Это 10–15 домов, образующих композицию на протяжении улицы. Застройка, один–два, максимум в три этажа, подчиняется единой логике, соразмерно с соседями.

Окраска фасадов единая, крыши – в одном материале. Комплекс проектирует один застройщик по проекту одного архитектора. Никаких цементных заборов, лишь намерено вынесенный чуть вперед почтовый коробку, дабы почтальон имел возможность доставлять корреспонденцию, не слезая с велосипеда.

Дальше – въезд в небольшой палисадник и гараж. Визитка обладателя при входе – легко распознаваемый личный символ (поле для работы ландшафтных архитекторов) – несколько кустов, деревьев и т. д.

За палисадником направляться узкий участок на 30–40 метров в глубину. Это дом – приватное пространство, за ним – коллективное пространство, где возможно общаться с соседями, устраивать барбекю. Данный образ судьбы видится мне оптимальным.

Он образовывает то самое известное «коммунити». Обладатель таунхауза может в любую секунду, в зависимости от погоды и настроения, выбирать, где ему пребывать – в частном либо публичном пространстве.

Сравнительно не так давно я видел, как во Франции при нарезании почвы под малоэтажную застройку закладываются природные коридоры для публичных пространств. Тогда по окончании строительства таунхаусов его жителям останется место для велопрогулок.

Как близки эти тенденции азиатским домовладельцам?

В то время, когда ехал на скоростном поезде Ханчжоу–Шанхай, обратил внимание на блокированные строения в 2–4 этажа минималистической архитектуры с непременными башенками. Это сельская местность, но в том месте начинается тип европейского жилья, хороший от ожидаемых личных домов.

В Ханчжоу при постройке домов преобладает монолитный бетон, высота в диапазоне до 4 этажей для среднего класса, до 16 этажей для социального жилья. Строения повышенной этажности, как и в Европе, строятся точечно.

Какие конкретно материалы употребляются при постройке таунхаузов?

По большей части блоки из местных материалов либо монолитный бетон. На нем — слой штукатурки с каменной крошкой. Любая местность старается максимально применять сырье собственного производства. К примеру, в Анже для кровель употребляется местный слоистый тёмный камень, страницы толщиной до одного сантиметра.

Идентичность среды сходу достигается.

Это элитное жилье?

Оно не в разы дороже социального. В Европе не принято использовать слова элитное жилье. Аристократу положено иметь собственный замок, я был в таком во Франции. Обладатель ковыряется в огороде, пропалывает морковку, не обращая внимания на отлаженный механизм поддержания хозяйства. В том месте принято лично принимать участие в благоустройстве собственной собственности.

Хозяин показывал собственную рощу до горизонта без хвастовства и пафоса.

Больше того, в менталитете европейца принято, заказав проект опытному архитектору, а стройку опытному подрядчику, сделать чтото собственными руками. Рукотворность, причастность к созданию собственного ландшафта передается много поколений.

Таунхаусы и по большому счету малоэтажка раздвигают города вширь. А как быть с транспортной доступностью отдыха и работы? А цена прокладки коммуникаций?

Разрастание городов никого не тревожит. Вопервых, действен публичный транспорт. Государство применяет часть денег, взятых от продажи почвы под застройку и налогов, на развитие инфраструктуры.

Два года назад в Париже началось радикальное переосмысление роли современного трамвая в жизни города. Не обращая внимания на существование развитой совокупности метро и городских электричек RER.

В каждом французском городе – Париже, Нанте, Страсбурге – собственный неповторимый трамвай, это часть муниципального имиджа.

В Пекине и Шанхае безупречно ходят автобусы. И в европейском трамвае, и в китайском автобусе обращаешь внимание, что большая часть пассажиров люди в самом активном возрасте – 20–40 лет. Стало эргономичнее ездить в публичном транспорте по выделенной полосе, чем на автомобиле по остальным перегруженным.

Во-вторых, инженерия. Новые жилые районы Берлина, Лондона, Парижа имеют очистные сооружения и локальное теплоснабжение. Территории развиваются комплексно, зонинг в генпланах неизменно действен. Почвы реализованы застройщикам вместе с готовой инфраструктурой.

Всем, кто ездит в Европу, настоятельно советую не ограничиваться стандартным туристическим пакетом. Крайне полезно сесть на любой автобус, идущий в германские, французские, итальянские новостройки. Мне довелось многократно проделывать это в Риме, Париже, Хельсинки, Берлине.

Чувство сильное. А основное – не меньшее, чем от исторических центров, за счет уважительного отношения к человеку.

Разговаривал Дмитрий НОВИК

издание "Ваш Дом За границей"

Фантастика. Либо нет? Трамваи без проводов сто лет назад.


Темы которые будут Вам интересны: