Архитектор сергей чобан: «мне конкуренции хватает»

Начальник архитектурного бюро SPEECH — о конкуренции, профессиональной этике и конкурсах

Архитектор сергей чобан: «мне конкуренции хватает»

Сергей Чобан(Фото: Василий Буланов)

— Пару дней назад поступила информация, что вы планируете проектировать пара больших объектов в Крыму. Как они показались?

— Никаких проектов в Крыму у меня до тех пор пока нет, имеется лишь намерение ими заняться. У меня всегда был персональный интерес к этому региону, по причине того, что семья моего отца происходит из Симферополя. Так что поработать в том месте будет для меня громадным счастьем. Но девелопер поспешил: нам проект еще не заказал, а прессе уже поведал, что мы над ним трудимся.

Никаких оформленных соглашений о сотрудничестве до тех пор пока нет, и проекты существуют лишь в голове девелопера. Меня как архитектора интересует работа с крымским ландшафтом, а об инвестиционной привлекательности делать выводы инвесторам.

— Вам она не ответственна?

— Как сказал один мой сотрудник, с проектом должно случиться как минимум одно из трех: или он окажется хорошим, или на нем удастся получить денег, или его закончат в срок. Я как представитель сервисной сферы могу заявить, что деньги, каковые мы получаем на проектировании, более чем скромны. И моя основная забота пребывает в том, дабы этих денег хватало на зарплаты сотрудников и поддержание офиса.

— какое количество на данный момент проектов на стадии реализации в вашем портфеле?

— Я не считал, но их не так много. Над каждым проектом трудится много людей. В стадии реализации находится не более десяти.

— По подсчетам компании «Метриум Групп», весной их было девятнадцать.

— Да, эта цифра звучала в прессе, но она неверна: ее дал отечественный сотрудник, случайно включивший в портфель текущих заказов концепции, каковые ни при каких обстоятельствах не дойдут до стадии настоящего проектирования. В действительности у нас на завершающей стадии около десятка проектов.

Проект спортивного и концертно-развлекательного комплекса «ВТБ Арена Центральный стадион «Динамо»(Фото: SPEECH)

— За последние пять лет заказов стало больше?

— Нисколько. Количество заказов у нас практически не изменяется с 2007 года, притом что компания была основана в 2006 году. По большей части проектируем жилые и офисные комплексы, но последние на данный момент не пользуются большим спросом. Таких контор, как SPEECH, в Москве, мягко говоря, больше чем один.

Борьба на рынке огромная, и мы стараемся как минимум быть не хуже остальных.

— Вас чаще остальных завлекают к громадным национальным стройкам.

— У нас 95% заказов — частные. Единственный госзаказ — реконструкция «Лужников».

— А Третьяковская галерея?

— А у нас нет заказа на Третьяковку. Мы победили конкурс на разработку фасадов нового строения музея и выполнили данный проект, после этого пробовали предложить собственные услуги в рамках проверки проекта, сопровождения реализации и согласования корректировок, но эти отечественные попытки до тех пор пока так и не увенчались успехом. на данный момент SPEECH старается заниматься Третьяковкой полностью безвозмездно, по причине того, что это очень важный муниципальный объект, к тому же Я большое количество тружусь над выставочными проектами галереи, для меня это дорогое и весьма любимое место.

Проект нового строения Третьяковской галереи на Кадашевской набережной(Фото: SPEECH)

— Большое количество у вас таких проектов, которыми вы занимаетесь на публичных началах?

— Бывают. Время от времени мы делаем какие-то совсем маленькие вещи, к примеру Музей сельского труда в деревне Звизжи Калужской области (совместно с архитектором Агнией Стерлиговой), что открылся в прошедшем сезоне в рамках фестиваля «Архстояние». Я сделал его на публичных началах, потому, что считаю, что это ответственный просветительский проект.

Да и по большому счету, я отечественную работу не принимаю как денежно направленную.

— Однако вы возглавили в текущем году топ-10 самых востребованных архитектурных бюро Москвы. Как это отражается на денежных показателях компании?

— Никак. Я с наслаждением возьму на себя почетную функцию начальника самого востребованного бюро. Меня это не смущает и не удивляет: кто-то же обязан управлять рейтинг. Но, повторюсь, к сожалению, цифры, каковые были указаны в этом рейтинге, некорректны.

Но, дело кроме того не в этом. Мне по большому счету думается необычной мысль оценивать востребованность офиса по количеству выстроенных квадратных метров. Особенно в то время, когда их запрашивают у сотрудников отдела маркетинга.

Позвонили бы лучше мне, я бы назвал подлинные цифры — они куда менее оптимистичны.

— Как?

— Раза в три! В валютном эквиваленте расценки на услуги архитекторов находятся на уровне 2002 года и ниже. Это нехороший показатель, что не разрешает нам проектировать с громадным временным зазором и, открыто говоря, практически не оставляет средств на развитие. Но, все архитектурные конторы Москвы, каковые представлены в этом рейтинге, имеют приблизительно равные цифры. Мы в этом смысле от них ничем не отличаемся.

К примеру, в другом изучении, которое в текущем году подготовило и опубликовало КБ «Стрелка», мы находимся на пятом месте, и это более реалистичная оценка. Каким-то грандиозным цифрам легко неоткуда взяться. на данный момент же большое количество приходится принимать участие в конкурсах, в которых мы все больше проигрываем.

— Да? А полное чувство, что напротив. В каких, к примеру, проиграли?

— Сравнительно не так давно компания Vesper объявляла конкурс на проектирование жилого комплекса в Хамовниках, мы подготовили увлекательное ответ, но ничего не взяли. Еще в текущем году был конкурс на многофункциональный жилой комплекс для Tekta Group, его мы также проиграли. А в прошедшем сезоне, к примеру, проиграли конкурс на концепцию застройки Софийской набережной.

Конкурсы — это неизменно лотерея.

Проект многофункционального комплекса «Пресня-Сити»

— Они, по-вашему, решают ту задачу, которая перед ними стоит?

— Да, само собой разумеется. Это так как единственная возможность выбрать лучшего из миллиона. Конкурсы показались вследствие того что архитектурных контор у нас больше, чем задач.

— Необычно это слышать, по причине того, что многие ваши коллеги, в особенности юные, без финиша сетуют на низкую борьбу на рынке проектирования. Фактически, рейтинг, о котором мы говорили чуть раньше, свидетельствует как раз об этом: в том месте с каждым годом одинаковые имена.

— Понимаете, лично мне конкуренции хватает. В случае если некоторым русским сотрудникам думается, что у нас нет конкуренции, я бы им дал совет отправиться в Германию, в том месте борьба вдесятеро выше, чем тут. Но и в Российской Федерации выдержать борьбу достаточно не легко, поверьте.

— А в Германии? В том месте вы трудитесь так же деятельно, как раньше?

— У меня в Германии все время реализуются проекты. В моем германском офисе трудятся 65 человек, а вдруг вычислять вместе с офисом моего партнера — 150. В том месте весьма деятельно идет жилищное строительство, и я уделяю этому громадное внимание.

В год у меня реализуется один-два проекта в Российской Федерации и два-три проекта в Германии.

Строение Музея архитектурного рисунка в Берлине(Фото: SPEECH)

— Но тут у вас более масштабные проекты, к примеру Судебный квартал в Санкт-Петербурге. На какой он стадии на данный момент?

— В Санкт-Петербурге у меня активен один проект — театра Бориса Эйфмана в Судебном квартале, — над которым мы трудимся вместе с бюро «Евгений партнёры и Герасимов». Мы выполнили проектную документацию и по сей день проходим федеральную экспертизу.

— История Судебного квартала сопровождалась скандалом: зимний период управление делами президента отказалось реализовывать концепцию Максима Атаянца, что победил конкурс. Вместо него проектировать Судебный квартал будет уже упомянутый Евгений Герасимов. Вам не показалось неэтичным принимать участие в проекте при таких событиях?

— У любого проекта имеется клиент, что решает, какому архитектору его доверить. Это не первый конкурс на проектирование данной территории. Пара лет назад состоялся большой интернациональный конкурс на проектирование набережной Европы, в котором победил проект отечественного с Евгением Герасимовым консорциума. Действительно, позже концепция поменялась: вместо жилья и офисов в том месте решили строить Судебный квартал с сохранившимся театром Бориса Эйфмана.

После этого был еще один конкурс, в котором победил проект Максима Атаянца — весьма хороший, увлекательный, я был бы рад, если бы его реализовали. Но у клиента неизменно имеется право выбрать второй проект. Имеется довольно много примеров, в то время, когда победившие конкурсные предложения не были реализованы. Я в 2014 году делал выставку «Кузница громадной архитектуры» в Музее архитектуры, посвященную истории больших советских архитектурных конкурсов.

Так вот, ни один, я подчеркиваю — ни один из реализованных объектов в центре Москвы не был выстроен по проекту, победившему в конкурсе. Я не говорю, что данной традиции необходимо направляться, но такова отечественная история.

Проект многофункционального жилого комплекса на Ленинградском проспекте, вл. 31 (ЖК «Царская площадь»)(Фото: SPEECH)

— И тогда, и по сей день история говорит о очень низкой роли фигуры архитектора в Российской Федерации.

— Нет, это не верно. Во всем мире обстановка однообразная. В Германии дела обстоят так же. К примеру, в Вольфсбурге я сделал по большому счету один из самых успешных проектов в собственной практике — высотное строение для местной энергетической компании прямо наоборот Научного центра Phaeno Захи Хадид.

Мы победили сверхсложный конкурс с весьма занимательным проектом а также прошли экспертизу. А после этого у компании-клиента сменилось управление, и они решили делать вместо высотной доминанты горизонтально ориентированное строение. Заявили новый конкурс, а меня кроме того не пригласили принять в нем участие.

В итоге я написал сенатору, меня насилу в том направлении включили, но я уже ничего не занял Второй пример — я победил конкурс на проект Forum Museumsinsel в самом центре Берлина, обойдя многие широко узнаваемые архитектурные бюро, но позже город от проекта. А ведь если бы я реализовал два этих проекта, моя карьера сложилась бы совсем по-второму! Архитектор обязан владеть терпением, пониманием и толерантностью, что его проект не время и догма может распорядиться им по-второму.

В случае если желаешь заметить собственную работу реализованной, становись живописцем, тогда ты будешь зависеть лишь от себя. А если ты архитектор, зависишь от громадного количества людей, и не всегда они думают в твою сторону.

Создатель: Ольга Мамаева.

Лекция Сергея Чобана \


Темы которые будут Вам интересны: