Градокопатели белокаменной: как благоустраивали москву из века в век

Москву начали перестраивать сразу же по окончании ее основания — создатель проекта «Москва глазами инженера» Айрат Багаутдинов говорит об истории Белокаменной с позиций благоустройства

В последние два месяца лишь ленивый не обругал главу госадминистрации города Москвы за масштабную реконструкцию центра столицы. Ругают автолюбители, ругают журналисты, ругают жители. На противоположной стороне ринга — власти и кое-какие архитектурные критики, каковые обосновывают необходимость нынешних больших работ решением проблемы пробок.

Но Москву перекапывали неизменно, так что действия нынешнего главы горадминистрации в полной мере вписываются в историческую картину.

Большое количество трудишася, да ничтоже доспеша

В средние века перекапывать город необходимо было по в полной мере конкретной необходимости — строить упрочнения. В конце XIV века в Москве ожидали нападения известного ордынского хана Тамерлана. Были экстренно предприняты две меры.

Одна из них более узнаваемая — из Владимира в Москву привезли Владимирскую икону Богоматери, а вторая более практичная — Великий посад (территория нынешнего Китай-города) решили обнести рвом.

Но оказалось не весьма. Как говорит летописец: «Замыслиша на Москве ров копати с Кучкова поля в Москву реку, и большое количество бысть людям убытка, хоромы розметывали, и большое количество трудишася и ничтоже доспеша».

Градокопатели белокаменной: как благоустраивали москву из века в век

Устройство рва около Великого посада(Фото: Лицевой летописный свод)

В случае если нужен перевод: «и большое количество было людям убытка, хоромы разламывали, и большое количество трудились и ничего опоздали». Да, не всегда у нас громадные строительные проекты заканчиваются прекрасно, да и заканчиваются по большому счету.

Церкви сносиша и дворы за Неглимною

Сто лет спустя, в конце века XV века, князь Иван III выстроил современный, четвертый по счету Кремль. И тут не обошлось без большой реконструкции прилегающих территорий.

Снос церквей и дворов за Неглинкой(Фото: Лицевой летописный свод)

В первой половине 90-ых годов пятнадцатого века князь приказал снести все церкви и дворы за рекой Неглинкой в дальнейшем установить «территорию отчуждения» в 110 сажен (приблизительно 235 м) от кремлевской стенки. Обстоятельство таковой твёрдой меры ясна любому, кто знаком с наукой фортификацией: около крепости нужно было создать просматриваемое и простреливаемое пространство. Несложнее говоря, стоит неприятелю показаться на пушечный выстрел от стенки, как тут же он возьмёт по первое число.

Устройство сада за Москвой-рекой(Фото: Лицевой летописный свод)

Два года спустя то же было проделано и с постройками за Москвой-рекой. В этом случае тут был высажен Царёв сад (память о нем сохраняется в заглавии Садовнической улицы). Быть может, у таких «территорий отчуждения» было и второе назначение.

В первой половине 90-ых годов пятнадцатого века в Москве произошёл ужасный пожар. Начался он в церкви Николы на Берсеневке, а после этого от сильного ветра перебросился на кремлевскую сторону и в Занеглименье. Возможно, Иван Великий разглядывал такие «зеленые территории» и как метод борьбы с распространением огня.

От тех торговцев проезду и стеснения не было

В средние века Красная площадь была самым бойким торговым местом в городе. На ее восточной границе, на месте нынешнего ГУМа, в конце XVI столетия выстроили каменные лавки. Еще 50 лет спустя лавки и отель показались и между Варваркой и Ильинкой, а ниже Варварки и до Москвы-реки расположились древесные палатки.

Но предприимчивые торговцы под шумок застраивали и саму Красную площадь. Во второй половине 70-ых годов XVII века царь Федор Алексеевич издал указ о сносе лавок, шалашей и другого, «чтобы на Красной площади и на перекрестках и в иных не в указных местах от тех торговцев проезду и стеснения не было, и последовательности б не запустели, и торговые люди, каковые торгуют в рядах и в указных местах, в убожестве бы не были».

Красная площадь. Картина. 1762 год

Но, Федору Алексеевичу этого добиться не удалось, и реально очистил площадь лишь его более предприимчивый брат Петр Великий. Как видите, и длящиеся в Москве сносы ларьков у метро — историческая закономерность.

Быть проспекту на месте стен

Любой, кто бывал в славном городе Смоленске, поражался его замечательным муниципальным стенкам. А ведь когда-то такие, а также поболее, находились и в Москве. Очередное упрочнение столицы, Белый город, был выстроен в конце XVI века, в правление Федора Иоанновича (а практически — Бориса Годунова). Шел он на всей протяженности современных проспектов, а дальше — до Кремля и Китай-города по набережным.

Протяженность стенки составляла около 15 км, в течении которых кроме этого расположились 28 башен.

Аполлинарий Васнецов. Лубяной торг на Трубе в семнадцатом веке

Но стенки эти к концу XVIII столетия потеряли собственный оборонительное значение. Во-первых, в Москве никто неприятеля не ожидал, а во-вторых, от тогдашнего неприятеля они бы уже не спасли. И вот матушка Екатерина приказала: снести эти ветхие стенки, а на их месте устроить проспекты для увеселения столичной публики.

Не забывайте: «Одев широкий боливар, Онегин едет на проспект»?

Огюст-Антуан Кадоль. Тверской проспект. 1825 год

Выполняя волю императрицы, столичный губернатор (просматривай — глава горадминистрации) Захар Чернышев разобрал стенки, срыл валы и засыпал ров. Часть почвы отправилась на засыпку низких мест в городе и прудов на Неглинной, а кирпичи — на постройку Воспитательного дома. В общем, перекопали тогда Москву нешуточно.

Археологические находки, найденные на протяжении раскопок стен Белого города XVI века на Хохловской площади(Фото: ТАСС/ Александр Саверкин )

Но, стенке только сравняли с почвой. Исходя из этого стоит начать копать на Бульварном сейчас — как вы немедля наткнетесь на фундаменты Белого города. Что и произошло в 2007 году со строителями бизнес-центра с подземным паркингом на Хохловской площади недалеко от Покровских ворот. Вот уже практически десять лет стоят раскрытые ими фундаменты.

Наконец, не потом как несколько недель назад мэрия и горсовет Москвы заявили об их музеефикации. Второй фрагмент фундаментов Белого города был обнаружен и при недавних работах на Тверской.

Пожар содействовал ей большое количество к украшенью

какое количество ни брались правители кардинально перестроить Москву, а она все не давалась. И Петр от нее бежал в чистое поле Петербурга, и Екатерина, в итоге, на Москву плюнула. Но имеется у нас строитель почище царей — это пресловутый пожар.

В 1812 году Москва выгорела на две трети, и это открыло много возможностей ее реконструкции.

Александр I повелел засыпать рвы около Кремля и Китай-города, что и проделал по его указу губернатор Александр Тормасов. Ретивый Тормасов планировал и Китайгородскую стенке снести, но Комитет министров тогда этого не разрешил, и необычная столичная средневековая постройка дошла хотя бы до 1930-х годов.

Огюст-Антуан Кадоль. Красная площадь. 1834 год

Тогда же убрали в трубу речку Неглинку и в ее нижнем течении устроили всем узнаваемые Александровские сады. На окраине Москвы срыли остатки стен и валов Земляного города середины XVII века и освободившуюся нежданно 50-метровую полосу земли отдали местным обитателям под сады. Вы уже додумались, что появилось на этом месте?

Совершенно верно — Садовое кольцо.

Огюст-Антуан Кадоль. Кремлёвский сад и Манеж. 1823–1824 годы

В общем, засыпали все это дело от греха — и забыли. А потомки, мы другими словами, раскапываем медлено. Еще в 1970-е, при постройке подтрибунных помещений мавзолея Ленина, нашли стенки кремлевского рва. Эти толстенные (до трех метров) стенки из камня и кирпича извлечь оттуда пришлось тяжело, так и лежат они засыпанные, ожидая очередной переоценки сокровищ.

В 1990-е нашли Воскресенский мост, что вел когда-то через Неглинку, — сейчас он есть центральным экспонатом Музея археологии Москвы на Манежной площади. А совсем сравнительно не так давно, в 2000-е, нашли еще один мост — Кузнецкий. Но тут уж решили: хватит вам и одного моста-музея — и засыпали Кузнецкий обратно.

Захотим — и дом подвинем, в случае если нам мешает дом

Но самую громадную перестройку Москве устроил Сталин. В 1930-е в один момент строился канал Москва — Волга, наряжались в камень набережные яузы-и Москвы реки, реконструировались все центральные мосты, расширялись улицы, передвигались дома, строились три первые очереди метро, на месте снесенного храма Христа Спасителя закладывалось наибольшее строение на Земле — Дворец Советов.

Дабы почувствовать целый пафос тогдашнего строительства, посмотрите отрывок из фильма «Новая Москва».

Кадры из к/ф «Новая Москва» («Песня о Москве», «Радостная Москва»), реж. Александр Медведкин, 1938 год

В соответствии с генплану Москвы 1935 года, главные радиальные и кольцевые улицы предполагалось увеличить в два раза, с доведением их ширины до сорока метров. До войны это успели выполнить лишь с Тверской.

Реконструкция улицы Неприятного. 1937 год(Фото: Наум Грановский / Фотохроника ТАСС)

В то время, когда наблюдаешь на это фото, осознаёшь: то, что делает Собянин, это легко косметический ремонт по сравнению со сталинскими масштабами. Способы расширения улиц были также достаточно радикальными — еще отрывок из фильма «Новая Москва».

Кадры из к/ф «Новая Москва» («Песня о Москве», «Радостная Москва»), реж. Александр Медведкин, 1938 год

Но, не все дома были снесены — многие передвинуты на новое место (просматривайте об этом в моей предыдущей колонке). Этим летом на Тверской, "Наверное," найдены фундаменты передвинутого Саввинского подворья. И вдобавок подклеты снесенной в 1930-е церкви и фрагменты и стены монастыря стен Белого города.

В общем, круг замкнулся. Перекапывая город сейчас, мы обязательно обнаруживаем следы его прошлых перекапываний. И, возможно, это не верно уж и не хорошо. Думается, мы наконец доросли до осознания сокровища этих археологических находок: друг за другом приходят новости о музеефикации древесной мостовой на Тверской, фундаментов Белого города на Хохловской участка и площади Китайгородской стенки за гостиницей «Метрополь».

Так что у громадной бучи, устроенной Собяниным этим летом, имеется и другой суть — она возвращает нам отечественную историю.

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции

Об авторах

Айрат Багаутдинов историк, создатель проекта «Москва глазами инженера» Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.

МОСКВА. ПОСТАПОКАЛИПСИС кон 18 го века…и доп. про 19-й век


Темы которые будут Вам интересны: